Исчезнувшие селения

By
Updated: Июль 9, 2019

На территории нашего муниципального образования перестало существовать довольно много деревень, посёлков и выселков. Сохранить в памяти образы этих некогда населённых пунктов мы просто обязаны.

Восток – дело тонкое

В 1915 году переселенцы из Белоруссии основали небольшую деревеньку, которая получила название Восточное (Восточный). Она располагалась совсем недалеко от Стеклянки (Новопокровки), примерно в четырёх-пяти километрах. Представляла собой самое обычное селение: одна улица длиною около километра с воротами по обоим концам.

Вот что рассказала Нина Мефодьевна Обласова (в девичестве – Шипкова), которая родилась в Восточном в 1938 году.

«Наша мама родилась в 1918 году. У деда (её отца) было семнадцать детей! Время, сами понимаете, было чрезвычайно тяжёлым. Помню, как мамина сестра в восемнадцать лет умерла от какой-то болезни – лекарств не было, лечить было нечем…

Годы войны особенно запомнились. Хоть я и мала была, но в памяти эта пора отпечаталась довольно прочно. Наши матери, молодые женщины, работали от восхода и до заката. Из мужчин остался только Пётр Тарасевич. Он был инвалидом, поэтому его на войну не взяли, и был он нашим бригадиром и в войну, и после. А мы, ребята от мала до велика, помогали, чем могли. Очень многое народ отдавал на фронт. Нам жизненно необходима была победа, и тыл делал всё возможное. Сколько людей умерло от голода и холода! Сколько молодых, красивых женщин не смогло пережить эти лишения. А сколько умерло после войны, надсадив организмы, истощив свои физические ресурсы…

Двоюродные сёстры: (слева направо) Нина Шипкова, Нина Деребенко и Зоя Тубольцева. Восточное, 1950 год.

Первоначально жили единолично. После войны наш дед Икон Николай умер, и всё хозяйство забрали в колхоз. В нашей деревне была четырёхлетняя школа, после чего нужно было учиться в посёлке Лесозаводский. В 60-х годах население Восточного начало разъезжаться. Последней, в 1967 году, уехала семья Тарасевич. Магазина в деревне не было – приходилось ходить в Бараки. Поселение Бараки находилось в стороне Тарман (примерно в полутора километрах). Бараками его люди называли между собой, а официально оно называлось Восточное-2. Там было пять или шесть двухквартирных бараков и пара домов. Жители занимались оборотом живицы, а также в деревне была смолокурка. Помнится, жил там лесник по фамилии Черняк. Серьёзный такой мужик был. На рыбалку ходили на озеро Анюшино, прежде преодолев пару километров по болотам. Жители Бараков частенько кооперировались с восточными и ездили по зиме в Тюмень через тарманские болота продавать мясо, дрова, сено и многое другое. Восточное-2 разъехалось в 1965 году…»

Марфа Икон (слева) с мужем Мефодием Шипковым и подругой

В Восточном в 1951 году насчитывалось около двадцати домов. Проживали там Козловы, Иконы, Иваницкие, Чистяковы, Деребенко, Тарасевичи, Кузнецовы и Тобольцевы. Некоторые фамилии память моих респондентов не сохранила.

Крохотный кусочек Латвии

Следом поговорим о Добрино (в иных источниках – Добринск).

Эта деревня была образована примерно в 1915 году переселенцами из Витебской области братьями Антоном и Петром Боженками и Яковом Яковлевым. Располагалась она в пяти-шести километрах от Чугунаево. Далее предлагаю вашему вниманию рассказ Галины Красиковой, которая в настоящее время проживает в Свердловской области.

Прадед Галины Красиковой Карп Михайлович Зут с сыном Кузьмой и снохой Антониной

«Моя мама Елена Васильевна Обоскалова (Котова) родилась в Добрино в 1927 году в семье Василия Ивановича Котова и Софьи (Юзефы) Карповны Котовой (Зут). Бабушка была латышкой, а дед – русским. Дедушка очень рано потерял родителей и воспитывался в детском доме. Жили в то время очень бедно. Моя мама была старшим ребёнком в семье и рано начала работать, помогая родителям. Насчёт образования, то получила она только начальное. Школа находилась в соседней деревне, а с одеждой и обувью были определённые трудности. С ранней весны и до поздней осени бегали на босу ногу. Мама рассказывала, что как-то осенью возвращались из школы, и посыпал снег. Так пришлось бегом домой возвращаться, прямо по снегу! Дедушка плёл детям лапти, а бабушка ткала холщовые рубахи…

Началась война. Василия Ивановича призвали на фронт. В то время в семье уже было шесть детей. Мама со своими братьями и сёстрами во время войны ходили по полям и собирали колоски и гнилую картошку. А весной спасала крапива и лебеда…

Был такой случай, что у маминой сестры Марии однажды распухло всё лицо. Это от того, что она лепёшек из лебеды наелась.

Маму же с шестнадцати лет начали отправлять на лесозаготовки. С лошадями она управлялась лучше любого мужчины. Впоследствии была награждена медалью «За доблестный труд». Дедушка вернулся с войны после тяжёлого ранения. Он воевал на ленинградском фронте. Его ранило в нижнюю челюсть, левую ключицу и ногу. Почти год он лечился в госпитале в Перми. Был награждён боевыми и юбилейными медалями, орденом Отечественной войны.

После войны жизнь начала налаживаться. Младшие дети получили образование по семь классов и пошли учиться дальше, в училища и техникумы. Мама часто повторяла, что, если бы не она, братья и сёстры могли бы умереть с голоду. Несмотря на трудности и невзгоды, время для веселья всё-таки находилось. В Добрино в мамину юность устраивались вечёрки. Молодёжь собиралась то в одном, то в другом доме и играла на гармони. Были популярны такие танцы, как полька, краковяк, падеспань. Взрослые женщины тоже собирались на посиделки. Кто с вязанием, кто с пряжей, кто с вышивкой. Сидели и разговаривали. Бабушка частенько уходила к подружкам. Дети маленькие заплачут, им натолкут хлеба, завяжут в марлю и дают вместо соски…

Деревня была в одну улицу, как многие в то время. Примерно с километр. На входе в деревню стоял деревянный шлагбаум. Скот по улице не ходил – его загоняли во дворы через специальные задние входы. Бабушка работала на свиноферме, а дед – одно время председателем колхоза, а затем на конезаводе. В колхозе выращивали лён и рожь. Мой дед, как никто другой, умел гнуть полозья для саней, в которые впрягались лошади. Ещё он варил пиво – у латышей научился. Помню, на верандах всегда хмель сушился.

Семья деда переехала в Берёзовку в 1960 году. Остальные – кто куда. Чугунаево, Тюмень, другие регионы. Раскидало добринцев по белу свету…»

Вместо заключения

Вот и ещё пара исчезнувших населённых пунктов обрела особенные черты и осталась в памяти. Но таких деревень ещё десятки по нашему району. Многие из них упразднены в середине прошлого столетия, и поэтому у нас есть все шансы вспомнить о них и познакомить молодое поколение с историей нижнетавдинской земли. Но без вашей помощи это не будет возможным. Поэтому вновь призываю вас к обратной связи. Мы просто обязаны рассказать обо всех уголках родного края, а особенно – об исчезнувших.

Сергей КВАСОВ.

Фото из архивов Ивана Шипкова и Галины Красиковой

You must be logged in to post a comment Login